Корзина пуста

Быстрый заказ
Заполняя форму вы соглашаетесь с обработкой персональных данных согласнопользовательского соглашения

Купить качественную одежду Сергей Есенин

Отдельного упоминания в связи с третьим методом заслуживает распирание «литератур народов СССР», когда толпы нищих русских литераторов анонимно сочиняли «переводы» разнообразных безграмотных азиатов, которые все как один были народные таланты и часто вообще с трудом умели писать. Ну, отдельно про малоросские области надо рассказывать. А если вам нужна одежда есенин купить её можно на данной странице. Все три рычага двигались непрерывно, и картина менялась чуть ли не каждые 10 лет, что дополнительно усугубляло проблему. Ну, скажем, защитил человек кандидатскую по акыну Джамбулу.

Потом докторскую по чему-то такому же. Стал профессором, лекции читает, пособия пишет. А ландшафт-то уже 10 раз поменялся. Никакого Джамбула уже не помнит никто. Когда он защищался, Бунина с Достоевским нельзя было, а теперь можно. А профессор Достоевского-то и не читал. Ленин же его ругал, как можно-то. А потом вышел «Один день Ивана Денисовича», другой профессор, чтобы от времени не отставать, статью в сборник. А потом раз, и через год ему партийный выговор за это и с должности декана попёрли (реальный случай, кстати).

В чём тут главная проблема. Проблема в том, что литература это такой многомерный процесс. Где все на всех влияют. Где важна каждая деталь: книгоиздание, литературная жизнь, читательское поведение (так, например, Достоевский жаловался, что вынужден писать в жанре детектива, так как этого требуют издатели — хотя в итоге всё получилось к лучшему). Когда писатель пишет свой роман, важно знать, что в моде на тот момент, какие споры идут, на кого ориентируются. Причём, и в национальном, и в мировом контексте. Ну и много-много всего ещё, это сложная такая штука, и «умение вписать автора в литературный процесс» это один из базовых навыков студента-филолога, без которого всё дальнейшее бессмысленно.

Теперь представим себе, что мы изучаем Маяковского в мире, где нет 90% Серебряного века. Ну, он упоминает Есенина, Северянина и Булгакова — ок, их можно попросить в библиотеке в спецхране (если тебе для исследования надо). Но всех остальных там не будет. То есть, буквально, вы будете изучать Багрицкого без Гумилёва, из которого он, между тем, и вырос.

Я не знаю с чем это сравнить. Это как работать с таблицей Менделеева, где клеточки то и дело то закрашиваются, то снова появляются, при этом сами характеристики элементов тоже регулярно меняются без всякой логики. Давай, изобретай нам эпоксидную смолу для народного хозяйства.

За 70 лет, таким образом, произошла катастрофа: изучался не реальный литературный процесс, а его тряпичное чучело, из которого то там, то сям лезла пакля, а на треснувшие бока нашивались заплаты. В конце восьмидесятых советская филологическая наука внезапно открыла для себя, что всё было вообще не так, как их учили, и как потом учили они. При этом, международным научным языком на тот момент давно уже стал английский, но профессура, как правило, не владела им до такой степени, чтобы прочитать, что там всё остальное время писало не советское литературоведение. Они довольствовались избранными переводами, и продолжали (и продолжают, что самое смешное) давать студентам отсылки на советские работы 70-х годов. По-английски заставляют читать уж не знаю где, в МГУ и ЕУ СПб, разве что. Да и то насчёт МГУ не до конца уверен.

А литература, она же как и история, её же надо в школах преподавать.
И вот тут-то и начинается самое интересное.

Не определен - 16 18185 32537 72 часов 3